Самый нужный иностранный язык - любой

Самый нужный иностранный язык - любой

Когда уезжаешь из своей страны, приходится пользоваться чужим языком. Вот именно что чужим — негибким, плохо знакомым, запылившимся от редкого использования. Приходится перебарывать себя, стесняться произношения, глотать глаголы, путать окончания, короче — объясняться с окружающими.

Я слышала о чьем-то дедушке, объехавшем пол-Европы, не зная никакого другого языка, кроме русского. Он просто прибавлял в конце слов окончания по вкусу. В Италии говорил кассиру: два-о билет-то! И изображал все руками. У этого дедушки ни разу не случилось затруднительной ситуации. Ему очень помогал, конечно, этот боевой настрой. То есть технически это возможно: путешествовать без подготовки. Надо только над настроем поработать.

Когда я попала на Кубу, я не знала ни одного испанского слова. Это уже потом я выучила его, потому что очень полюбила, а в 2010-м на Кубе я не понимала ровным счетом ничего и никого.

Английский на Кубе непопулярен, большинство туристов — из соседних латиноамериканских стран — и без английского все понимают. Мы заказывали рис с курицей, бармен кивал, а потом приносил креветки (зато мы тут же выучили испанское слово «креветки»). Я настолько не в состоянии была объясниться с испаноговорящим водителем такси, что прямо хоть плачь. Нерушимый языковой барьер.

Было ужасно неловко, что ничего нельзя понять, так что настроения гулять и смотреть на город от этого не было никакого. А местные тем временем были ужасно добрые и приятные. И хотелось хотя бы сказать им об этом. Но я как будто онемела.

Когда первый стресс удалось преодолеть, в ход пошел бумажный разговорник, купленный в аэропорту. Я набиралась мужества и зачитывала по нему несколько бессвязных слов вслух, вот так:

эль аутобус! (автобус)

темпрано! (рано)

эль десайюно! (завтрак)

сьете! (семь)

Наша хозяйка кивала и улыбалась.

Потом я читала из последней главы предложение "премного благодарны" с неправильным ударением во всех словах сразу, и она переходила на смех. Однако все было понятно.

Сдается мне, что самое сложное в разговоре на иностранном языке — преодолеть свой страх выглядеть глупо.

Многие из моих друзей, знающие английский неидеально, стесняются говорить на нем. Другие хорошо его знают, но стесняются своего произношения. Третьи так долго формулируют красивое предложение, что так и не произносят его. Произношение, отсутствие практики, скудный словарный запас — обычные отговорки. А на самом деле — страх и смущение.

Я видела сотни испанцев, итальянцев, индийцев, у которых нет ни практики, ни произношения, ни словарного запаса — и при этом нет совершенно никакого стыда. Говорят, как могут, и все. Наоборот — гордятся, что хоть как-то могут.

На той же Кубе со мной знакомился один итальянец. Говорил по-английски он бегло, но с ужасным акцентом и путая слова. А я говорила медленно, зато очень правильными предложениями. Итальянец раздувался от гордости, как павлин, и советовал мне меньше волноваться. "Беглость в английском, — говорил он, — самое главное, и через некоторое время при должных тренировках ты будешь говорить так же хорошо, как и я!" Тьфу, думала я. Почему он так уверен в себе, а я — нет?

Стакан мастерства у большинства не-англоязычных наций налит до середины. Но одни при этом считают, что они "почти хорошо" говорят, а другие — что «еще не совсем». Иногда приходит время работать не над мастерством, а над самооценкой.

Мне очень понравилось, как об этом сказали Самбул и Даша, почти совершившие мотоциклетную кругосветку в прошлом году и уехавшие в автомобильную кругосветку в этом. Вот их прошлогодняя путевая заметка.

Вопрос: 

Вы в путешествии обходитесь английским или вы знаете ещё какие-то языки? Вообще сильно ощущается языковой барьер?

Ответ: 

Языковой барьер у нас снялся еще в Европе. Короче, языковой барьер — это только психологический барьер. Нам хорошо, мы путешествуем долго (в отличие от двух недель отпуска, например), и язык — наше выживание, поэтому в какой-то момент мы прекратили думать о том, что мы не знаем язык. И начали говорить "на Любом языке".

Есть такой международный язык — Любой. Для нас первичным стало — говорить, вторичным — знание языка. Английский — не международный язык, его не знают во Франции, в Польше, в Германии, в Испании, Италии... и его не знают совсем в Южной Америке. В Южной Америке нужно сменить английский на Любой.

"Любой язык" — это набор слов из всех языков, которые ты знаешь, главное — что-нибудь говорить и добавлять жесты руками. Когда мы говорим — мы произносим слова на испанском, английском, добавляем русские слова и какие-то жесты руками, рисуя в воздухе направления, круги, показывая ладошками "много" или "мало", указывая пальцем на вещь, сколько штук и т.п. Тогда ответ гарантирован, и вообще: гарантирован разговор.

Интересно, что никто в другой стране не выясняет, знаешь ты их язык или нет. А происходит вот что: все начинают тебе отвечать на своем языке, разговаривая с тобой, как будто ты его знаешь. Всегда и везде.

Наша задача — улавливать знакомые слова, переспрашивать, правильно ли мы поняли, повторяя знакомые выражения, и добавлять какие-то свои — тогда все получается. У многих иностранцев нет языкового барьера, они подходят и начинают говорить на своем.

Действуешь так же, вычисляешь понятные тебе слова, понимаешь за счет них суть разговора и отвечаешь на Любом. 

Нужно ли учить Испанский, отправляясь в Южную и Центральную Америку? Да, нужно. Но если лень, нужно выучить только несколько слов: сколько, комната, много, мало, цифровой счет до 20, прямо, направо, налево и т.п. — и смело говорить на Любом.

Любой язык мы использовали и в Европе, и в Марокко. Безусловно, в процессе путешествия у нас накапливается багаж слов, поэтому Любой становится всё утонченнее. 

Учите Любой, он пригодится в любой стране! Изучение Любого языка начинается с мысли о том, что что бы ты ни сказал — тебя обязательно поймут, главное — говорить, и неважно, на каком языке будут эти слова. В процессе разговора все станет ясно.

Автор: Елена Трускова

Фотографии: Алина Фелиз и Елена Трускова

3 небанальных места в Брюсселе

3 небанальных места в Брюсселе

Про мой Вильнюс

Про мой Вильнюс