Аймээрим Турсалиева об учебе и работе в сфере разрешения мировых конфликтов

Аймээрим Турсалиева об учебе и работе в сфере разрешения мировых конфликтов

aimerim-tursalieva-sheisnomad

Аймээрим Турсалиева, 29

Интерес к разрешению конфликтов появился во время работы в горнорудной компании в Таласе, где я занималась социальными исследованиями и связями с общественностью. В то время жители таласских сел активно протестовали против деятельности иностранных горнодобывающих предприятий. Иногда протесты насильственный характер: поджоги складов, офисов и давление на местных жителей, работающих на компании.

Мне хотелось найти баланс в конфликте между частным и общественным интересом, учитывая экономическиеую выгодуы для страны и потенциал развития района. Я ведь сама выросла в одном из этих сел, поэтому мне было понятно и возмущение местных жителей, обеспокоенных экологией своих земель. 

В 2013 году я отправилась в Швейцарию изучать  аспекты мира и конфликтов во Всемирной Академии мира (World Peace Academy). Я думаю, я смогла поступить благодаря моей степени в социологии и опыту работы в горнодобывающей компании. То, что я была первой кыргызстанкой, подавшей заявкув этот университет, наверное, тоже было преимуществом.

Второй год обучения можно было провести в партнерских университетах в Коста-Рике, Испании или Австрии. Я выбрала Инсбрукский университет имени Леопольда и Франца в Австрии из-за профессора, у которого мне очень хотелось учиться. Университет предлагал Программу по построению мира (Peace and Conflict Studies), аккредитированную ЮНЕСКО (специализированным учреждением Организации Объединённых Наций по вопросам образования, науки и культуры).

aimerim-tursalieva-sheisnomad.com

В начале обучения меня захватила паника из-за того, что я не понимала большую часть вещей, о которых говоривали мои сокурсники. Некоторые из них были политологами, правозащитниками, гражданскимиактивистами, был даже депутат из Нигерии. Все были значительно старше меня и многие из них своими глазами видели войну, участвовали в восстаниях, теряли родных во время вооруженных конфликтов. Один из сокурсников  потерял всю семью в один день во время этнической войны в Руанде. Меня долго не покидало ощущение, что вся сознательная жизнь в Таласе в Бишкеке прошли в изоляции от важнейших событий, происходящих в мире.

Ни за что бы не подумала, что изучение разрешения мировых конфликтов начнется с работы над своими чувствами, голосом, интуицией, занятий ритмикой, танцами и медитацией. В этой сфере считают, что прежде чем помогать кому-то, важно иметь ресурсы, энергию и гармонию внутри себя.

Я практикую тенгрианство и использую его принципы в написании магистерской работы о конфликтах в горнорудной отрасли Кыргызстана. Этот подход называемый трансперсональным, вдобавок к исследованиям и современным теориям, позволяет использование собственных снов, медитации, внутреннего голос, чувств и страхов как источники. Университет предлагает студентам выполнять магистерскую работу традиционно в качестве исследования или через трансперсональный метод.

Самым сложным в учебе для меня стала недельная служба в австрийской армии в среде максимально приближенной к активным военным действиям. Это игра, но сценарии с привлечением профессиональных актеров, разворачивающимися действиями в виде пыток и испытаний настолько реалистичны, что приходится напоминать себе, что это выдумка, тренинг, который можно покинуть в любой момент, показав красную карточку.

Жили мы  в казарме в австрийских горах без еды и воды в первые дни, нам приходилось бежать по сугробам, спасаясь от выстрелов. Мы ходили с тяжелыми рюкзаками по 5 часов в горах, искали ночью трупы под лавиной. В начале учений нас было много, но до конца дошли единицы. Я преодолела все этапы, хотя было много ситуаций, когда становилось невыносимо. Например, в случае угрозы сексуального насилия при пытках.

Теперь раз в год я сама езжу помогать этой программе подготовки гуманитарных работников в составлении для учений, стратегии безопасности, иногда играю второстепенных актеров, вроде пленников.

Прошлой зимой я участвовала в инсценировке операции спасения от химической атаки. Это было почти из разряда фантастики. Подобный опыт дает  много практических знаний о системах обороны и обеспечениябезопасности, но еще и грустное осознание того, что мир - понятие хрупкое.

По окончанию учебы я поехала работать в Грецию на три месяца помогать спасению беженцев из Сирии, Ирака Афганистана, Пакистана и Марокко, паралелльно исследуя нужды беженцев. К греческим берегам подплывали по 1000 человек в день. В каждой лодке размещалось по 100 человек. Часто они ломались на пути из-за низкого качества материалов, из которых их изготавливали. Или – зачастую они ломались. Кто-то доплывал сам, кто-то умирал. Тела людей в воде - вот к чему было трудно привыкнуть. Но было важно концентрироваться на выживших и оказывать им необходимую помощь на всем пути пока они не добирались до конечного пункта – Германии.

В этой работе я поняла важность всего того, что я изуала в Австрии. Особенно то, что помочь другому человеку ты сможешь только тогда, когды ты отделяешь чужую боль от своей. Ты не можешь «сломаться» проникшись историей одного человека, потому что есть еще десятки других, которым нужно успеть помочь.

Через три недели работы в прибрежной зоне я перешла с побережья в лагерь, находящийся в глубине острова, оказывать беженцам первую помощь и обеспечивтаь продовольствием. Лагерь этот находился в оливковом саду. Из-за риска сексуального насилия со стороны мужчин-беженцев, не имевших долгое время контакта с женщинами, под риск попадали все женщины, в том числе и оказывающие помощь. Для меня это был стресс.

В тот же год я поехала в Турцию для проведения исследования по оценке нужд беженцев для одной швейцарской организации.  В Турции беженцам приходилось скрываться от полиции и прятаться в частных домах. Глубокой ночью они отплывали в сторону Греции. Знание турецкого языка я очень помогло мне в выявлении мест, где жили беженцы и проведении оценки их условий жизни и идентификации нужд.

На протяжении всей деятельности мне очень помогло активное эмпатическое слушание: с каждым вдохом ты вдыхаешь эту боль и выдыхаешь понимание и любовь в общее пространство между тобой и собеседником. Иначе легко «выгореть», слушая истории о потере детей, мужей, сестер и братьев, вынужденном побеге из родного дома, бессилии и безвыходности.

После периода работы с беженцами в  Греции, Словении и Турции по возвращениию в благополучную Швейцарию я ощутила обратный культурный шок. Мне было стыдно возвращаться к  комфортным условиям жизни. Я надолго уходила в горы надолго, много писала, беседовала со своим профессором и посещала психолога, чтобы поработать над травмами и преодолеть приобретенные страхи.

Турции я познакомилась с мальчиком из Афганистана, чьи родственники переехали в Кыргызстан 10 лет назад. Он иногда переводил для меня во время работы с беженцами. Ему было 15 лет и он был один. Один скитался по Пакистану, Ирану, Турции, и в тот момент собирал деньги на «билет» на лодку до Греции, а оттуда - в Европу. Его история заставила меня задуматься о том, насколько мы в Кыргызстане близки к происходящим войнам географически и далеки морально.

Последние два года я вовлечена в программу по реабилитации и борьбе с последствиями катастрофы на Чернобыльской АЭС в Украине, Белоруссии, Молдове и России, а также Фукусиме в Японии. Моя деятельность посвящена реабилитации молодежи и адаптации к экологической среде. Мы обучаем молодое поколение как выживать и жить в радиоактивных зонах. Тут есть большой список того, что употреблять в пищу, что нет, как выращивать овощи и фрукты, как обрабатывать их и как готовить.

Сообщать родителям о возможных раковых заболеваниях у их ребенка в ближайшие годы - самое тяжелое в этой работе. 

Я пришла к осознанию того, что важно уважать и любить свой дом, предотвращая конфликты возможности. Домом кому-то может быть вся земля, кому-то место рождения, кому-то место временного проживания. Это неважно. Важно делать его лучше, чище, миролюбивее. Я вспоминаю  Бектур-ата из Арала, который на мои вопросы о конфликтах в горнорудной отрасли в Таласе ответил, что его задача передать своим внукам эту землю таким же чистым, каким он его получил от своих предков. 

По возвращению в Кыргызстан кроме основной деятельности, я хочу участвовать в решении экологических проблем. Мы ведь гордимся тем, что Кыргызстан - горная страна, гордимся воздухом и ледниками, но при этом у нас отсутствует активное соучастие в сохранении нашей природы. Мы можем смотреть восхищенно на снежные горные вершины и в это же время мусорить уих подножий. Это очень огорчает.

Девушка, которая привезла капоэйру в Кыргызстан

Девушка, которая привезла капоэйру в Кыргызстан

Алина Мурзаева о выставке кыргызского искусства "Кочевница. She is no mad"

Алина Мурзаева о выставке кыргызского искусства "Кочевница. She is no mad"